Матеріали по тактиці

Erelion
Експерт
Повідомлень: 3001
З нами з: П'ят травня 15, 2009 10:36 pm

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення Erelion » Нед жовтня 06, 2013 12:07 am

В мережі лежать бойові статути редакції 1994 року. Вони ще і досі діють чи вже є нова редакція ? Бо на форумі тут вже були цитати з БС про РТГ і БТГ, яких в 1994 році ще не було.

Аватар користувача
oleg707
Експерт
Повідомлень: 2520
З нами з: Суб липня 28, 2012 6:38 pm

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення oleg707 » Пон жовтня 07, 2013 5:09 pm

Erelion писав:В мережі лежать бойові статути редакції 1994 року. Вони ще і досі діють чи вже є нова редакція ? Бо на форумі тут вже були цитати з БС про РТГ і БТГ, яких в 1994 році ще не було.
є 2010.

Наказ КСВ від 29.12.2010 №574 "Про затвердження Бойового статуту Сухопутних військ Збройних Сил України, частина ІІ, батальйон, рота" і інші частини сусідніми наказами.
З метою виконання вимог наказу начальника Генерального штабу – Головнокомандувача Збройних Сил України від 25 грудня 2007 року № 125-оп “Про затвердження Переліку основних керівних документів щодо застосування військ (сил) Збройних Сил України”

Н А К А З У Ю:

1. Затвердити Бойовий статут Сухопутних військ Збройних Сил України, частина ІІ, батальйон, рота (далі – Бойовий статут), що додається.
........................

AlexTa
Повідомлень: 4793
З нами з: Пон березня 10, 2014 8:39 pm

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення AlexTa » Чет березня 05, 2015 9:40 pm

Ось така книжка тепер тут.

http://www.radiosvoboda.org/content/art ... 83801.html

Danilo
Повідомлень: 83
З нами з: Суб квітня 04, 2015 11:08 pm

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення Danilo » П'ят квітня 10, 2015 1:17 pm

Лучший материал по тактике ведения боевых действий на Донбассе.
Грамотно и ёмко. Из серии "это должен знать и уметь каждый".
РЕЦЕПТЫ ВОЙНЫ КОМАНДИРА СПЕЦНАЗА НАЦГВАРДИИ: "4,5 МЕСЯЦА БОЕВ БЕЗ ГРУЗА-200 В ШТУРМОВОМ ОТРЯДЕ"
http://censor.net.ua/resonance/311366/r ... om_otryade

Аватар користувача
igor1989
Повідомлень: 2359
З нами з: Пон вересня 16, 2013 6:16 pm

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення igor1989 » Нед листопада 08, 2015 6:26 pm

РПГ-7 зробив партизанську війну значно ефективнішою
АРТИЛЛЕРИЯ ПАРТИЗАН. РПГ–7 в локальных вооруженных конфликтах
Наряду с хорошо известным во всем мире автоматом Калашникова не меньшей популярностью пользуется, относящийся к другому виду оружия, ручной противотанковый гранатомет РПГ-7.
Широкая география его боевого применения на Ближнем и Среднем Востоке, Африканском континенте, в Юго-Восточной Азии, Латинской Америке указывает на надежность этого гранатомета в любой географической зоне. Он безотказен в джунглях, высокогорной, горно-пустынной и пустынной местностях — в условиях значительного влияния неблагоприятных факторов окружающей среды. Принятый на вооружение ВС СССР в 1961 году, он применяется в вооруженных силах более чем 40 государств, причем в некоторых странах налажено его серийное производство.
Конструкция РПГ-7 настолько проста и надежна, что с момента eго серийного производства совершенствуются лишь применяемые боеприпасы. Отечественной промышленностью производятся только противотанковые кумулятивные гранаты ПГ-7В, ПГ-7ВМ, ПГ-7ВЛ, ПГ-7ВР (боевая часть тандемного типа). Но существуют и осколочные гранаты (надкалиберная и калиберная) арабского и китайского производства.
Как наиболее приемлемое противотанковое средство для большинства НВФ (нерегулярных вооруженных формирований), РПГ-7 в условиях локальных военных конфликтов оказал значительное влияние на развитие их тактики действий. Причем в Афганистане и других горячих точках, где в вооруженном конфликте участвуют формирования АМФ — All Mojahedin Force (Объединенные силы моджахедов), накоплен огромный опыт и выработана четкая система его боевого применения.
С вводом в Афганистан в декабре 1979 года советских войск вооруженным отрядам оппозиции пришлось столкнуться со значительным количеством бронетехники — особенно БТР и БМП, противопоставляя ей лишь незначительное количество противотанковых средств.
Рассматривая организационно-штатную структуру различных групп, отрядов и фронтов вооруженной афганской оппозиции с 1979 по 1989 год, легко обнаружить тенденцию к увеличению насыщенности формирований гранатометами. Так, в 1983—1985 годах один гранатомет приходился на 10—12 боевиков, а к 1987 году на такое же количество личного состава было уже два гранатомета РПГ-7.
Отдельные противотанковые и специальные группы вооружались РПГ из расчета на 50—80% личного состава и насчитывали до 15 гранатометов. В условиях недостатка артиллерии или невозможности се применения, на РПГ-7 возлагалась дополнительная задача по «артиллерийской» поддержке боевых действий, которая в некоторых эпизодах боя осуществлялась более эффективно, чем огнем артиллерии. Именно этим объясняется то, что и пехотном отделении ВС Ирана (11 пел.) со времен войны с Ираком состоит на вооружении два РПГ-7.
При ведении боя на закрытой местности (горы, лес, джунгли, населенные пункты) противоборствующие стороны, как правило, отделяют лишь несколько десятков метров. В таких условиях, когда огонь артиллерии и авиации представляет угрозу и для своих войск, РПГ становится незаменимым огневым средством, а наличие оптического прицела делает стрельбу из нею особо точной и безопасной для своих подразделений.
Тактику связывания противника ближним боем вьетнамцы называли термином «захват за пояс», афганские моджахеды применяли се повсеместно, особенно эффективно и часто в «зеленой зоне» и высокогорье. Благодаря подобной тактике в обоих случаях противник (американские и советские войска соответственно) лишатся своего главного преимущества — огня артиллерии и авиации. Незнание и игнорирование этой тактики привело к решению не включать гранатометчиков (РПГ-7, РПГ-16) в штат подразделений войск специального назначения ОКСВ в РА (ограниченного контингента советских войск в Республике Афганистан).
Их отсутствие отчасти компенсировалось наличием в ротах спецназа огнеметчиков, вооруженных РПО-А «Шмель» — высокоэффективных по боевым возможностям, но слишком тяжелых для автономных действий групп спецназа в горах, а также применением реактивных гранат РПГ-18 и РПГ-22.
Хочется вспомнить 53-мм РПГ-16 «Удар» (прицельная дальность стрельбы — 800 метров), состоявший в 70—80-х годах нa вооружении десантируемых подразделений Советской Армии и считающийся большинством ветеранов войны в Афганистане незаслуженно снятым с вооружения.
Мне по личной инициативе удалось вооружить свою группу спецназа имеющимся в роте нештатным РПГ-16 и эффективно его применять в 1985—1987 годах в ходе боевых действий в провинциях Нангархар, Кунар. Лагман (восток Афганистана). Причем, для подавления огневых точек моджахедов в условиях высокогорья применялась маленькая хитрость — ведение огня несколько выше укрытий, расположенных на склонах гор, с учетом поражения противника осколками и взрывной волной разорвавшейся гранаты.
Кстати сказать, многие подразделения ОКСВ в РА широко применяли и трофейные РПГ-7 китайского (тип 69), а также арабского производства, более легкие, чем отечественные, оснащенные сошками и ручкой для переноски.
Широкое применение афганскими моджахедами РПГ-7 неминуемо вело к увеличению потерь в личном составе ОКСВ от огня гранатометов, в том числе и при действиях в пешем порядке. Так, 13.03.87 г. в провинции Лагман, кишлак Алишанг, одним выстрелом из противотанкового гранатомета было ранено 7 человек при эвакуации из-под огня смертельно раненого командира группы, 4.09.87 г. в провинции Кунар в результате попадания двух гранат РПГ и плоскую крышу дома (стрельба велась сверху) 11 человек, находящихся внутри дома, подучили осколочные ранения и контузию.
Огонь из противотанкового гранатомета по открыто расположенной живой силе с использованием кумулятивных боеприпасов дает удовлетворительный результат поражения осколками и взрывной волной личною состава в радиусе до 4 метров и оказывает дополнительное деморализующее воздействие.
Примером постижении высокого психического эффекта от массированного применения огня РПГ-7 по живой силе можно считать падение так называемого «Пянджского фронта» (Таджикистан), когда в ходе деблокирования 22 ноября 1992 года вооруженными отрядами таджикской оппозиции совместно к афганскими моджахедами автодороги Пяндж — Курган-Тюбе на каждый выстрел из стрелкового оружия с противоположном стороны следовало 2—3 выстрела из РПГ (в большинстве случаев не прицельных).
Говоря о массировании огня РПГ, следует упомянуть о специальных группах гранатометчиков, с которыми мне впервые пришлось столкнуться В Таджикистане осенью 1992 года (подобные группы применялись и в Афганистане и в Чечне). В Таджикистане так называемая «наманганская» группа из числа религиозных фанатиков в количестве 25—30 человек имела на вооружении до 12 гранатометов РПГ-7 и реактивных гранат РПГ-18 и РПГ-26.
Особенностью тактики действий группы являлось уничтожение бронетанковой техники Народного Фронта Таджикистана последовательным сосредоточением огня двух-трех РПГ по одному бронеобъекту с расстояния 20—50 м., причем столкнувшись с танками Т-72, оборудованными элементами динамической защиты (ДЗ) — первый гранатометчик (действия парами) сбивал выстрелом ДЗ, а второй поражал танк в незащищенную часть брони. Характер поражения танков указывал на то, что стрельба кроме кумулятивных гранат велась и осколочными, в лобовую часть, для вывода из строя оптических приборов наблюдения (прицелов) с целью «ослепления» экипажа.
Ведя огонь с очень близкого расстояния гранатометчик при надежном огневом прикрытии его от огня пехоты противника, способен произнести точный прицельный выстрел в наиболее уязвимое место бронеобъекта. Именно этим объясняется поражение в Таджикистане танков Т-72 в заднюю часть башни после сбивания первым выстрелом короба с имуществом, поражения кумулятивной струей ствола пушки, прямое попадание осколочной гранаты в прибор наблюдения механика-водителя (определено по остаткам взрывателя в стекле триплекса) с последующим поражением осколками приборов, расположенных на башне.
Во всех случаях поражения танка Т-72 из ручного гранатомета экипажи оставались невредимыми, за исключением случая попадания гранаты в заднюю часть башни (наводчик и командир танка тяжело ранены), но танки выводились из боя, так как нуждались в восстановлении, что свидетельствует об эффективности огня РПГ-7 по современным танкам, а с появлением на вооружении гранаты ПГ-7ВР «Резюме» с боевой частью тандемного типа можно надежно поражать все современные типы бронетанковой техники.
При поражении бронеобъекта кумулятивной гранатой поражающими экипаж факторами являются избыточное давление, осколки брони и кумулятивная струя. Но с учетом принятия экипажами мер, исключающих образование избыточного давления внутри машины, таких, как приоткрытие люков и бойниц, поражающими личный состав факторами остаются осколки брони и кумулятивная струя. На человека поражающее действие кумулятивной струи внутри бронемашины оказывается на расстоянии до двух с половиной метров, а осколков — на всю длину внутреннего пространства.
Хорошую защиту от огня РПГ обычными кумулятивными боеприпасами (гранаты типа ПГ-7В. -7ВЛ) на современной бронетехнике обеспечивают разнесенное бронирование, противокумулятивные экраны и элементы динамической защиты. Вот почему необходимо сосредоточивать огонь нескольких РПГ и друтих противотанковых средств по одному бронеобъекту для его надежного поражения, что и подтверждается тактикой действий формирований АМФ в ходе локальных вооруженных конфликтов последних десятилетий.
В большинстве случаев точному выстрелу из РПГ способствует интенсивное ведение огня из автоматического стрелкового оружия помощником гранатометчика и другими стрелками с целью вынудить пехоту противника прекратить наблюдение за полем боя и ведение прицельного огни, а также с целью поражения оптических прицелов боевых машин противника. Это позволяет гранатометчику без лишней суеты и с меньшей вероятностью быть пораженным занять выгодную огневую позицию, определить точку прицеливания, а после выстрела быстро и незаметно сменить огневую позицию.
При ведении огня по одной цели из двух-трех РПГ стрельба иногда производится без обязательной смены после каждого выстрела огневой позиции, особенно при поражении цели первыми выстрелами. Очень часто в таких ситуациях гранатометчики входят в нездоровый азарт и, забывая о мерах предосторожности, дорого за это расплачиваются. Например, «наманганская» группа в течение октября-декабря 1992 года была полностью уничтожена ценой двух сгоревших БТР-70, а также трех поврежденных Т-72 и одного БТР-80.
При устройстве засад, одного из основных способов ведения боевых действий нерегулярных формирований, для уменьшения пылеобразования и демаскировки огневой позиции в момент выстрела из РПГ и другого реактивного оружия, очень важен выбор выгодной огневой позиции. При наличии времени и условий она, как правило, специально подготавливалась — грунт поливали водой.
Достаточно хорошо маскируют огневую позицию гранатомета заросли высокого кустарника, камышей, посевов кукурузы и других травянистых растений высотой более двух метров. При этом необходимо помнить, что по направлению стрельбы не должно быть растительности, препятствующей полету гранаты (в целях недопущения подрыва гранаты при задевании веток и травы, предохранительный колпачок со взрывателя не снимают.
Несмотря на соблюдение мер, снижающих пылеобразование, огневая позиция гранатометчика в момент выстрела демаскируется характерной вспышкой и бело-сизым дымом. Если вы на поле боя с противоположной стороны заметили такую вспышку, то наиболее рациональным вашим действием будет предупредительный окрик «вспышка» («ложись», «выстрел») при условии, что сослуживцы знают, что делать по этой команде — лечь на землю (за укрытие) и закрыть уши руками.
В моей практике был случай, когда заметив на расстоянии 350—400 метров вспышку выстрела РПГ-7, я подал команду «ложись» находившимся рядом подчиненным и разорвавшаяся в 4-х метрах граната (на ровной площадке) никому из выполнивших команду не принесла вреда. А вот гранатометчику не повезло, второго выстрела он так и не сделал, так как «забыл» сменить огневую позицию...
Серьезную угрозу огонь РПГ-7 представляет для вертолетов, особенно в момент десантирования посадочным способом личного состава и грузов, эвакуации раненых и других случаях, связанных с посадкой на контролируемой противником территории. В январе 1986 года два из шести десантирующих личный состав вертолетов, при проведении налета отрядом специального назначения на укрепленный район «Команд» севернее г. Джелалабада (Афганистан) получили повреждение от огня РПГ-7. Из-за плотности огня десантировать весь отряд не удалось, так как помимо двух поврежденных в момент посадки вертолетов огонь из РПГ велся и по находящимся в воздухе.
По летящему вертолету РПГ аффективен лишь при фронтальном ведении огня с расстояния до 100 метров, а также при стрельбе на дальность срабатывания самоликвидатора кумулятивной гранаты — 700—800 метров. Последний вид огня, несмотря на низкую вероятность поражения вертолета, все же представляет для него опасность и вынуждает экипаж предпринимать дополнительные меры предосторожности. В том числе и набирать большую высоту, что во всех случаях исключает фактор внезапности при нанесении вертолетных огневых ударов и десантирования личного состава, затрудняет ведение воздушной разведки.
Причем взрывы в воздухе от самоликвидатора гранаты ПГ-7 и ракеты переносного зенитно-ракетного комплекса по внешнему виду идентичны, что затрудняет оценку противника и выбор правильного решения экипажами вертолетов (пилотами самолетов-штурмовиков) и командирами действующих на земле подразделений.
Еще одним нестандартным способом ведения огня из противотанкового гранатомета РПГ-7 в локальных конфликтах является огонь навесной траекторией с использованием как осколочных так и кумулятивных гранат. За исключением использования осколочных гранат, он не столь эффективен, как стрельба прямой наводкой, и применяется в основном для ведения беспокоящего огня по площадным целям. «Неприятность» от такого вида стрельбы, как и при обстреле из миномета, заключается в сложности определения огневой позиции гранатометчика, особенно на закрытой местности.
Между специалистами не утихают споры о величине носимого боекомплекта к РПГ-7. В комплект гранатомета входят две сумки для переноски выстрелов на две и три гранаты для стрелка-гранатометчика и его помощника соответственно, что подразумевает наличие в носимом боекомплекте пяти выстрелов. Я считаю, что именно это количество и является той золотой серединой, которую нужно брать за основу при ведении боевой операции.
У афганских моджахедов наблюдалось, что лишь в редких случаях один гранатометчик использовал в бою более двух-трех гранат, предпочитая носить одну в стволе, а вторую на плече с помощью приспособлении из веревочного ремня (так переносились гранаты помощником гранатометчика или подносчиками боеприпасов).
Способ переноски гранат на ремне непригоден в районах с влажным климатом, так как бумажная изоляция порохового заряда легко повреждается, что приводит к ухудшению точности стрельбы вследствие отсыревания пороха, а чаще всего к полной непригодности порохового заряда. Переносные сумки для выстрелов у афганцев популярностью не пользовались, да и мы предпочитали другую «тару».
Применяя в Афганистане РПГ-7 и РПГ-16 в качестве усиления групп спецназа, носимый боекомплект к гранатометам состоял из 6— 12 выстрелов, в зависимости от условий выполнения боевой задачи, причем по примеру моджахедов, гранатометы всегда были заранее заряжены, а для переноски выстрелов использовались более приемлемые десантные рюкзаки РД-54, гранаты в которых переносились в боковых карманах головном частью вниз. Иногда для маскировки выстрелы укладывались попарно в специально изготовленные для этих целей матерчатые чехлы (обрезанные рукава или штанины старого полевого обмундирования) и крепились к рюкзакам с помощью завязок.
После всего сказанного о гранатомете-ветеране остается лишь посетовать, что существенным недостатком отечественного РПГ-7 остается отсутствие к нему осколочных, зажигательно-дымовых, осветительных и других специальных боеприпасов. С ними существенно расширился бы диапазон возможностей подразделений Российской Армии.
Тактика спецназа
РПГ-7 . Артилерія партизан.
Поряд з добре відомим у всьому світі автоматом Калашникова не меншою популярністю користується ручний протитанковий гранатомет РПГ-7. Ухвалений на озброєння ЗС СРСР в 1961 році, він застосовується в збройних силах більш ніж 40 держав, причому в деяких країнах налагоджено його серійне виробництво.
Конструктивно РПГ-7 настільки простий і надійний, що з моменту його серійного виробництва удосконалюються лише боєприпаси.
Як найбільш прийнятний протитанковий засіб для більшості НЗФ (нерегулярних збройних формувань), РПГ-7 в умовах військових конфліктів справив значний вплив на розвиток їх тактики дій. Причому в Афганістані накопичений величезний досвід і вироблена чітка система його бойового застосування.
З введенням у Афганістан радянських військ озброєним загонам моджахедів довелося зіткнутися зі значною кількістю бронетехніки - особливо БТР і БМП, протиставляючи їй лише незначну кількість протитанкових засобів. Розглядаючи організаційно-штатну структуру різних груп, загонів і фронтів збройної афганської опозиції з 1979 по 1989 рік, легко виявити тенденцію до збільшення насиченості формувань гранатометами. Так, в 1983-1985 роках один гранатомет припадав на 10-12 бойовиків, а до 1987 року на таку ж кількість особового складу було вже два гранатомета РПГ-7.
В умовах відсутності артилерії або неможливості її застосування, на РПГ-7 покладалося завдання по «артилерійській» підтримці бойових дій, яка в деяких епізодах бою здійснювалася більш ефективно, аніж вогнем самої артилерії. Саме цим пояснюється те, що в піхотному відділенні ЗС Ірану (11 чол.) з часів війни з Іраком є на озброєнні два РПГ-7.
При веденні бою на закритій місцевості (гори, ліс, джунглі, населені пункти) протиборчі сторони, як правило, відокремлюють лише кілька десятків метрів. В таких умовах, коли вогонь артилерії і авіації становить загрозу і для своїх військ, РПГ стає незамінним вогневим засобом, а наявність оптичного прицілу робить постріл з нього особливо точним і безпечним для своїх підрозділів.
Тактику зв'язування противника ближнім боєм в'єтнамці називали терміном «захват за пояс», афганські моджахеди застосовували її повсюдно, особливо ефективно і часто в «зеленій зоні» і високогір'ї. Завдяки подібній тактиці в обох випадках противник (американські та радянські війська відповідно) позбавлявся своєї переваги - вогню артилерії і авіації. Незнання та ігнорування цієї тактики призвело до рішення не включати гранатометників в штат підрозділів військ спеціального призначення Радянських військ в Афганістані.
Їх відсутність почасти компенсувалося наявністю в ротах спецназу вогнеметників, озброєних РПО-А «Джміль» - високоефективних за бойовими можливостями, але занадто важких для автономних дій груп спецназу в горах, а також застосуванням реактивних гранат РПГ-18 іРПГ-22.
Хочеться нагадати РПГ-16 «Удар» (прицільна дальність стрільби - 800 метрів), що був в 1970-80-х роках на озброєнні десантних підрозділів Радянської Армії і вважається більшістю ветеранів війни в Афганістані незаслужено знятим з озброєння. До речі, багато підрозділів в РА широко застосовували й трофейні РПГ-7 китайського («Тип 69»), а також арабського виробництва, більш легкі, ніж вітчизняні, оснащені сошками і ручкою для перенесення.
Широке застосування афганськими моджахедами РПГ-7неминуче вело до збільшення втрат в особовому складі РА від вогню гранатометів, в тому числі і при діях у пішому порядку. Так, 13.03.87 р в провінції Лагман, кишлак Алішанг, одним пострілом з протитанкової гранатомета було поранено 7 осіб при евакуації з-під вогню смертельно пораненого командира групи, 4.09.87 р в провінції Кунар в результаті попадання двох гранат РПГ в плоский дах будинку (стрільба велася зверху) 11 чоловік, що знаходилися всередині будинку, отримали осколкові поранення і контузію.

Вогонь з протитанкового гранатомета по відкрито розташованій живій силі з використанням кумулятивних боєприпасів дає задовільний результат ураження осколками й вибуховою хвилею особового складу в радіусі до 4 метрів і чинить додатковий деморалізуючий вплив. Прикладом досягнення високого психічного ефекту від масованого застосування вогню РПГ-7 по живій силі може бути штурм Грозного у першу чеченську війну. Тоді була повністю знищена Майкопська бригада російських військ, що увійшла у місто. Уцілівші росіяни пригадували, що у чеченців РПГ-7 було настільки багато, що навіть іноді стріляли в поодиноких солдат, а вся бронетехніка - близько 200 БТР і танків, була спалена.
Особливістю тактики дій групи було знищення бронетанкової техніки послідовним зосередженням вогню двох-трьох РПГ по одному бронеоб'екту з відстані 20-50 м., Причому зіткнувшись з танками Т-72, обладнаними елементами динамічного захисту (ДЗ) - перший гранатометник (дії парами ) збивав пострілом ДЗ, а другий вражав танк в незахищену частину броні. Характер ураження танків вказував на те, що стрілянина крім кумулятивних гранат велася і осколковими, в лобову частину, для виведення з ладу оптичних приладів спостереження (прицілів) з метою «засліплення» екіпажу.

Ведучи вогонь з дуже близької відстані гранатометник при надійному вогневому прикритті його від вогню піхоти противника, здатний зробити точний прицільний постріл в найбільш вразливе місце бронеоб'ектів.
При ураженні бронеоб'ектів кумулятивною гранатою вражаючими екіпаж факторами є надлишковий тиск, уламки броні і кумулятивний струмінь. Але з урахуванням прийняття екіпажами заходів, що виключають утворення надлишкового тиску всередині машини, таких, як часткове відкриття люків і бійниць, вражаючими особовий склад факторами залишаються осколки броні і кумулятивний струмінь. На людину нищівна сила кумулятивного струменя всередині бронемашини впливає на відстані до 2,5 метрів, а осколків - на всю довжину внутрішнього простору.
Хороший захист від вогню РПГ зі звичайними кумулятивними боєприпасами (гранати типу ПГ-7В, ПГ-7ВЛ) на сучасній бронетехніці забезпечують протикумулятивні екрани і елементи динамічного захисту. Ось чому необхідно зосереджувати вогонь декількох РПГ й інших протитанкових засобів по одному бронеоб'екту для його надійного ураження, що і підтверджується тактикою дій формувань в ході локальних збройних конфліктів останніх десятиліть.
У більшості випадків точному пострілу з РПГ сприяє інтенсивне ведення вогню з автоматичної стрілецької зброї помічником гранатомётника та іншими стрілками з метою змусити піхоту противника припинити спостереження за полем бою й ведення прицільного вогню, а також з метою ураження оптичних прицілів бойових машин противника. Це дозволяє гранатометнику без зайвої суєти і з меншою ймовірністю бути ураженим, зайняти вигідну вогневу позицію, визначити точку прицілювання, а після пострілу швидко і непомітно змінити вогневу позицію.
При веденні вогню по одній цілі з двох-трьох РПГ стрільба іноді проводиться без обов'язкової зміни після кожного пострілу вогневої позиції, особливо при ураженні цілі першими пострілами. Дуже часто в таких ситуаціях гранатометники входять у нездоровий азарт і, забуваючи про запобіжні заходи, дорого за це розплачуються. При влаштуванні засідок, одного з основних способів ведення бойових дій нерегулярних формувань, для зменшення пилоутворення і демаскування вогневої позиції в момент пострілу з РПГ та іншої реактивної зброї, дуже важливий вибір вигідної вогневої позиції. При наявності часу і умов вона, як правило, спеціально підготовлялася - грунт поливали водою. Досить добре маскують вогневу позицію гранатомета високі зарості чагарника, очеретів, посівів кукурудзи й інших трав'янистих рослин висотою понад два метри. При цьому необхідно пам'ятати, що за напрямком стрільби не повинно бути рослинності, яка перешкоджає польоту гранати (в цілях недопущення підриву гранати випадковою гілкою і травою, запобіжний ковпачок зі підривача не знімають).
Незважаючи на дотримання заходів, що знижують пилоутворення, вогнева позиція гранатометника у момент пострілу демаскує характерним спалахом та біло-сизим димом. Якщо ви на полі бою з протилежного боку помітили такий спалах, то найбільш раціональною вашою дією буде попереджувальний окрик «спалах» («лягай», «постріл») за умови, що товариші по службі знають, що робити по цій команді - лягти на землю (за укриття) й закрити вуха руками.
Серйозну загрозу вогонь РПГ-7 являє для вертольотів, особливо в момент десантування посадочним способом особового складу та вантажів, евакуації поранених та інших випадках, пов'язаних з посадкою на контрольованій противником території. В січні 1986 року два з шести десантуючих особовий склад вертольотів, при проведенні нальоту загоном спеціального призначення на укріплений район «Команд» північніше м Джелалабада (Афганістан) отримали пошкодження від вогню РПГ-7. Через щільність вогню десантувати весь загін не вдалося, тому що крім двох пошкоджених в момент посадки вертольотів вогонь з РПГ вівся і по перебуваючим в повітрі.
По летячому вертольоту РПГ ефективний лише при фронтальному веденні вогню з відстані до 100 метрів, а також при стрільбі на дальність спрацьовування самоліквідатора кумулятивної гранати - 700-800 метрів. Останній вид вогню, незважаючи на низьку ймовірність ураження вертольота, все ж являє для нього небезпеку і змушує екіпаж вживати додаткових заходів обережності. У тому числі і набирати велику висоту, що у всіх випадках виключає фактор раптовості при нанесенні вертолітних вогневих ударів і десантування особового складу, ускладнює ведення повітряної розвідки. Причому вибухи в повітрі від самоліквідатора гранати ПГ-7 і ракети переносного зенітно-ракетного комплексу за зовнішнім виглядом ідентичні, що ускладнює оцінку противника і вибір правильного рішення екіпажами вертольотів (пілотами літаків-штурмовиків) і командирами діючих на землі підрозділів.
Ще одним нестандартним способом ведення вогню з протитанкового гранатомета РПГ-7 в локальних конфліктах є вогонь навісною траєкторією з використанням як осколкових так і кумулятивних гранат. За винятком використання осколкових гранат, він не настільки ефективний, як стрільба прямою наводкою, і застосовується в основному для ведення турбуючого вогню по рлощинних цілям. «Неприємність» від такого виду стрільби, як і при обстрілі з міномета, полягає в складності визначення вогневої позиції гранатометника, особливо на закритій місцевості.
Оптимальним боєкомплектом при проведенні боєвої операції є 5 гранат. Дві у гранатометника та три у помічника. У афганських моджахедів спостерігалося, що лише в рідких випадках один гранатометник використовував в бою більше двох-трьох гранат, воліючи носити одну в стволі, а другу на плечі за допомогою пристосування з мотузкового.
Спосіб перенесення гранат на ремені непридатний в районах з вологим кліматом, бо паперова ізоляція порохового заряду легко пошкоджується, що приводить до погіршення точності стрільби внаслідок відсирівання пороху, а найчастіше до повної непридатності порохового заряду. Переносні сумки для пострілів у афганців популярністю не користувалися.
Застосовуючи в Афганістані РПГ-7 і РПГ-16 в якості посилення груп спецназу, ношений боєкомплект до гранатомета складався з 6-12 пострілів, в залежності від умов виконання бойового завдання, причому за прикладом моджахедів, гранатомети завжди були заздалегідь заряджені, а для перенесення пострілів використовувалися більш прийнятні десантні рюкзаки РД-54, гранати в яких переносилися в бічних кишенях головною частиною вниз. Іноді для маскування постріли вкладалися попарно в спеціально виготовлені для цих цілей матерчаті чохли (обрізані рукава або штанини старого польового обмундирування) і кріпилися до рюкзаків за допомогою зав'язок.
http://33botinka.com.ua/index.php?route ... news_id=19
11.11.1944

AlexTa
Повідомлень: 4793
З нами з: Пон березня 10, 2014 8:39 pm

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення AlexTa » Вів березня 08, 2016 8:04 pm

Наочно показано який урон завдає мінометний вогонь.
https://www.youtube.com/watch?v=AO2lJHgDFRY

Аватар користувача
OlekSandr
Повідомлень: 2452
З нами з: Суб червня 07, 2014 4:39 pm

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення OlekSandr » П'ят квітня 15, 2016 12:55 am

Мороз Л. Тактика скріпленого піхотного батальйону
http://diasporiana.org.ua/wp-content/up ... 3/file.pdf
Антиукраїнська колорадська нечисть на форумі:
1.komdiv(БАН), 2.Redisson, 3.patriot(БАН), 4.kubanets. 5.Senatorfb1490, 6.tehnolog(клон)(БАН), 7.moonlight.

AlexTa
Повідомлень: 4793
З нами з: Пон березня 10, 2014 8:39 pm

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення AlexTa » Сер березня 22, 2017 8:13 pm

Радянський фільм про тактику боїв у місті.
https://www.youtube.com/watch?v=pnvOrSC3B1U

Аватар користувача
Walther88
Повідомлень: 190
З нами з: Сер серпня 20, 2014 8:16 pm
Звідки: Стольний град Київ

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення Walther88 » П'ят березня 31, 2017 4:04 am

ГЕНЕРАЛЫ БАЛЬК И ФОН МЕЛЛЕНТИН О ТАКТИКЕ
Часть 1. Противник

"Оба офицера приобрели значительный опыт командования в боях против русских на Восточном фронте во Вторую мировую войну. В ходе этого, они добились беспрецедентной череды успехов, и это несмотря на то, что в ряде случаев противник значительно превосходил их количеством людей и ресурсов. Собственно, к концу войны это стало обычным состоянием дел. Для нас сегодня представляет особое значение тот факт, что хотя они вполне могли рассчитывать на соотношение сил вплоть до десяти к одному в пользу противника, они также рассчитывали на победу - и часто добивались её. Генерал Бальк также участвовал в боях с русскими во время Первой мировой, когда он, будучи младшим офицером, получил девять ранений и заработал Железный Крест первого класса. В ходе конференции генералы Бальк и фон Меллентин выступали в качестве приглашённых лекторов, и приняли участие в нескольких дискуссиях и отыгрышах европейского конфликта на картах с моделями. Успех конференции, удовлетворительной с любой точки зрения, в значительной степени был связан с уникальным вкладом этих двух воистину выдающихся офицеров.

Генерал фон Меллентин: "Должность начальника штаба танкового корпуса, армии, чего угодно... у него с командиром должно быть что-то вроде удачного брака. Они должны вместе жить и вместе думать, генерал Бальк и я были очень близки. Когда он отправлялся на передовую, я оставался позади и держал всё под контролем, пока он действовал в ключевой точке (Schwerpunkt), и наоборот. Я сам, каждые два или три дня, отправлялся на фронт. Генерал Бальк тогда оставался работать за столом в штабе корпуса или армии. Я не знаю, существует ли в американской армии такая же сильная должность начальника штаба, какой она была у нас, в немецкой армии. Знаете, у меня была полная свобода, пока он отсутствовал - свобода принимать мои собственные решения. Это очень важно, необходимо, чтобы должность начальника штаба была сильной".

Общий опыт этих офицеров на уровне дивизий, корпусов, армий и групп армий - в России, при Салерно, в Северной Африке, на подступах к Будапешту, в Лотарингии против Паттона, на протяжении многих лет постоянных боев, гарантирует добросовестность высказанных ими мнений. Более того, этим офицерам приходилось иметь дело с русской армией в условиях заметной нехватки людей и вооружений, в ходе бронетанкового или механизированного боя, то есть в ситуации, с которой в будущем вполне могут столкнуться американские офицеры.

Характер и особенности русской армии

Генерал Бальк: "Многие полководцы [иностранных армий] доходили до Москвы, но никто не вернулся обратно целым".

Генерал фон Меллентин: "Русский непредсказуем. Сегодня он герой, готовый непрерывно атаковать, завтра он всего боится и не хочет ничего делать".

Генерал Бальк навсегда запомнил огромные расстояния, с которыми ему пришлось столкнуться в России, и то влияние, которое они оказывали на военные действия. Проще говоря, Россия бесконечна. Она поглощает целые армии. В сочетании с огромным населением (если сравнивать с немецким), это лишало [Германию] возможности победить во Второй мировой.

По мнению генерала Балька, поражения русских войск в Первую мировую войну было связано с закрытием турецких проливов и последующим кризисом военных поставок. Это привело к тому, что бессмысленно вымуштрованных русских солдат гнали в бой безоружными, рассчитывая на то, что они будут подбирать винтовки своих товарищей, убитых и раненных во время предыдущих атак. Столь кровожадный способ ведения войны, считает он, ускорил начало революции: "Это было чересчур даже для русских".

Говоря о позитивных качествах, генерал Бальк приписал русским способность "возвращаться к первобытному состоянию" в случае тяжёлых погодных условий или неблагоприятной тактической обстановки. Он также признал, что русские учились в ходе войны, но его вера в русскую способность к совершенствованию бесспорно имела свои границы:

Мистер Данниган: "По вашему мнению, у русских со стороны командования присутствовало избыточное стремление контролировать все действия своих подчинённых, или же подчинённые просто-напросто были неспособны к проявлению какой-либо инициативы?"

Генерал Бальк: "И то, и другое".

Мистер Данниган: "Вы считаете, что это по-прежнему так?"

Генерал Бальк: "Это не изменится".

Мистер Данниган: "Почему вы так думаете?"

Генерал Бальк: "Потому что ни одна армия не сможет избавиться от принципов, которые присутствовали в ней с самого начала".

Генерал фон Меллентин: "Поверьте нам, они массы, а мы личности. Это и есть разница между русским солдатом и европейским солдатом".

Мистер Данниган: "А если русский солдат станет более образованным, более сложным, получит доступ к европейским идеям - как вы считаете, это каким-либо образом изменит ситуацию?"

Генерал Бальк: "Нет, я так не думаю".

Дискуссия перешла к важнейшему вопросу о советских методах. Поскольку русские придают огромное значение поддержанию боевых порядков в ходе атаки - их построения достигают почти геометрической чёткости - всегда возникает вопрос, теряют ли они в результате способность использовать свойства местности для защиты и маскировки своих сил. От этого генерал Бальк перешёл к интересному обсуждению сравнительных достоинств горных и степных народов с военной точки зрения.

Генерал ДеПью: "[Русские во время Второй мировой шли в атаку, построившись особым образом, и если да], использовали ли они укрытия, предоставляемые местностью?

Генерал Бальк: "Конечно, существует понимание, что свойства местности надо использовать. Временами вместо этого стоит отдать предпочтение скорости".

Генерал ДеПью: "Так считают русские?"

Генерал Бальк: "Да, это они здорово умели".

Мистер Карбер: "...Когда атаковала танковая рота, танки строго следовали геометрическим построениям, образуя жёсткий боевой порядок, или шли броском от одной удобной позиции к другой, поддерживая друг друга огнём?"

Генерал Бальк: "Они делали и то, и то, иногда хорошо, иногда неправильно".

Генерал ДеПью: "Израильтяне рассказывают, что [сирийцы] не использовали естественные укрытия. Они удерживали строй в советском стиле, строились в линии и в колонны, и, таким образом, лишали себя возможности использовать скрытые подходы и укрытия. Вы замечали что-нибудь подобное в России?"

Генерал Бальк: "Ответ - да. Нормальные европейские и американские страны готовят своих людей так, как это делаем мы. Есть другой тип людей, это степные народы - как венгры, как некоторые народы в Азии. Они привыкли к ровной, открытой местности, и они атакуют подобным образом - передвигаясь строем, который тут критиковали. Потом, есть ещё третья категория: горные народы. Они быстрее учатся использовать особенности местности, и способны быстрее адаптироваться к современным войне. Степные народы не стоит использовать в современной войне, это может кончится катастрофой".

Мистер Карбер: "Генерал считает советских людей степным народом?"

Генерал Бальк: "Частично".

Затем обсуждение коснулось важного и связанного с предыдущей темой вопроса о значении скорости.

Мистер Карбер: "Генерал говорил, что иногда советские использовали особенности местности, и что иногда они использовали скорость. По мнению генерала Балька и генерала фон Меллентина, от какого варианта было сложнее защититься?"

Генерал Бальк: "От скорости".

Есть три классических способа прорыва обороны. Первый заключается во внезапности или скрытности - в неожиданном нападении на обороняющегося ночью или в непогоду, без видимых приготовлений, часто с отвлекающими манёврами в других местах. Вариацией этой тактики является просачивание на вражескую территорию перед началом основной атаки. Русские являются общепризнанными мастерами просачивания.

Второй способ состоит в перебежках от позиции к позиции, с использованием естественных укрытий для защиты и маскировки - когда боевые единицы поочерёдно передвигаются и поддерживают друг друга огнём. Сложнее определить ту степень, в которой русские используют эту тактику. Но она является основой тактических приёмов, которые используют западные армии. Кое-какие недавние публикации в советских военных изданиях свидетельствуют о том, что русские развиваются в этом направлении - что они могут начать делать упор на огневую поддержку с последовательно занимаемых позиций.

Третий способ заключается в концентрации значительных сил на узком участке, построенных определённым образом, с заранее расставленными задними эшелонами, готовыми по плану пройти мимо или прямо через части первой атакующей волны, если те вынуждены будут замедлить темпы наступления. Эта тактика полагается на массу, скорость и насыщение обороны. Это классическая тактика прорыва, которой до недавнего времени отдавалось предпочтение в советской доктрине.

Впечатление, сложившееся от разговоров с генералами Бальком и фон Меллентином, состоит в том, что русские во время Второй мировой войны отдавали предпочтение массе и скорости, но также использовали два других варианта, когда обстоятельства того требовали. Сегодня от них следует ожидать разнообразного сочетания всех трёх способов.

У генерала фон Меллентина было, что ещё рассказать нам о русском характере и поведении:

"Русский всегда создаёт значительное численное превосходство, когда атакует. Обычно при этом он придерживается определённого шаблона. Часто он крайне искусно использует свойства местности. Он был мастером просачивания в лесу, в деревнях и во время ночных боёв".

"Он научился проводить операции в ходе войны, освоил и закрепил навыки командования без какого-либо уважения к жизням людей... в ходе боевых действий".

"Встречный бой путает русского, разрушает его план, и он тогда будет ждать новых приказов от командования. Он часто просто останавливается и ждёт, когда подойдут дополнительные силы, или всего-навсего ждёт новых приказов. Русские сильны, но они неповоротливы - они не обладают гибкостью и связаны определёнными поведенческими шаблонами, и потому они более уязвимы, чем мы. На нижних командирских должностях в особенности, мы располагаем лучшими личностями".

Ещё одно качество русских, очевидно, произвело сильное впечатление на генерала Балька. Он считает их ненадёжными, хотя, возможно, тут больше подошло бы слово "хитрые", и ещё "верные своему делу". Мы сейчас процитируем только одну из его реплик на эту тему, но их было гораздо больше:

"Дивизия расположилась... около лесистой местности. По оценке командира, в лесу находилось около 10 тысяч партизан, с импровизированным аэродромом и укреплениями, и нам в любую минуту стоило ожидать нападения. К нам перешёл один партизан со своей [девушкой] - "он нам всё рассказывает, как есть". Через пару недель [немцы вошли в лес с трёх сторон]. По итогам: заброшенная взлётно-посадочная полоса, никаких укреплений, не больше трёх сотен партизан, всё остальное - пропаганда. Эти двое [перебежчик и его девушка] бесследно исчезли. Любого русского, который перейдёт на нашу сторону, стоит подозревать. Только один единственный раз я встретил русского, который действительно был готов поменять сторону".
Часть 2. Характер и особенности немецкой армии

"...Мы всегда ощущали своё превосходство по сравнению с русскими... мы не боялись их..." (генерал фон Меллентин).

В ходе дискуссий было очевидно, что оба немецких генерала считали индивидуальность немецкого военного, его право проявлять инициативу, и систему, которая поощряла подобную практику и подобное отношение - ключевой составляющей несравненной немецкой эффективности.

Генерал ДеПью: "...вам удавалось добиваться от командиров своих рот, взводов и отделений такой же индивидуальной реакции на ситуации, возможности и инициативы, какая присутствовала у вас на уровне дивизии, бригады и батальона?"

Генерал Бальк: "Да, и очень важно, как это достигалось. По большей части, немецкие старшие офицеры очень редко ругали своих подчинённых, практически никогда, если только те не совершали совсем уж чудовищной ошибки. Они поощряли индивидуальную инициативу. Они оставляли подчинённому место для инициативы, и не делали ему выговор, если только он не совершал чего-то уж совсем неправильного. Это имело место быть вплоть до уровня отдельного солдата, которого хвалили за проявление инициативы. Конечно, были исключения, иногда неприятности, но в целом независимые действия в рамках общей задачи поощрялись и считались хорошим делом".

Продолжая эту тему, обсуждение быстро перешло к концепции "Auftragstaktik", и затем часто к ней возвращалось - речь шла о теории, практике и подготовке к управлению войсками при помощи приказов в форме заданий, что позволяло эффективнее использовать преимущества, вытекающие из всесторонней опоры на инициативу немецкого солдата и офицера на поле боя.

Генерал ДеПью: "В американская армии во время Второй мировой войны много говорили о приказах в форме заданий, что является нашим вариантом Auftragstaktik. Немецкие офицеры, посетившие наши военные училища в 1930ые годы, привёли американским военным следующий пример: "Командир дивизии приказал командиру кавалерии захватить мост через реку, так как дивизия готовилась форсировать эту реку. Когда командир кавалерии добрался до моста, [там] обнаружился танковый полк неприятеля. Вопрос: что делать командиру кавалерии? Решение в духе Auftragstaktik - доложить командиру [дивизии] по рации - приступить к поиску других мостов, переправ, лодок - другими словами, делать то, что сделал бы непосредственный начальник, если бы он сам находился здесь и столкнулся бы с подобной ситуацией. Это хорошее объяснение принципа Auftragstaktik?"

Генерал фон Меллентин: "Именно так".

Можно предположить, что успех Auftragstaktik помимо прочего основывается на том, что подчинённому известен замысел командира касательно операции и её целей. В этом случае подчинённый способен избрать разумный путь действий, который приблизит желаемый результат в рамках общего плана. Очевидно, есть два способа достичь подобного понимания. Один состоит в том, чтобы подробно всё разъяснять; другой требует служить вместе на протяжении столь долгого времени, что необходимый "модус операнди" становится для всех участников боевых действий второй натурой. На возникновение подобного также влияет доктрина и подготовка.

Генерал ДеПью: "Я хотел бы услышать от генерала Балька, что именно [он бы приказал] тому командиру танковой дивизии - чтобы выяснить, какие именно подробности необходимы - насколько простым или детальным был бы этот приказ?

Генерал Бальк: "Приказ, да они именно такими тогда и были, звучал бы следующим образом: "Русские прорвались в точке Икс - по такой-то команде вы атакуете [в точке Игрек]" - и именно это они и делали".

Далее, о том же самом:

Генерал ДеПью: "[Возвращаясь к тому же вопросу], насколько подробным, насколько полным, насколько детальным был план обороны на реке Чир; было ли это стандартное руководство к действию (standard operating procedure (SOP)), или же это было подробное разъяснение того, как именно [генерал Бальк] собирается действовать?"

Генерал фон Меллентин - предпочитает, чтобы ответил генерал Бальк.

Это один из примеров того, с каким почтением генерал фон Меллентин привык относится к своему Командиру; это почтение, основанное на уважении - уважении к системе в целом и уважении к конкретному человеку.

Генерал Бальк: "Это полностью зависело от подчинённого. Если он был глупым парнем, ему приходилось всё подробно разъяснять; если он был умным офицером, ему хватало и слова".

Мистер Карбер: "А подчинённый, который получал очень короткий приказ, атаковать такой-то и такой-то отряд в такой-то и такой-то точке - было ли у него до этого подробное понимание замысла плана генерала Балька в целом?"

Генерал Бальк: "На этот вопрос я могу ответить только утвердительно, поскольку все были в курсе, что оборонительную линию на реке Чир необходимо удержать. Мы опирались на вековую традицию, по которой подчинённый, понимающий общую ситуацию, способен в критической ситуации ответственно действовать и реагировать. Мы всегда делали упор на независимые действия подчинённых, даже во время подготовки в мирное время".

Это привело к обмену репликами по поводу отбора командиров и их подготовки:

Мистер Карбер: "Говорили, что на Восточном фроне, в немецких войсках, вся армия держалась на сержантах. Не кажется ли вам, что в те времена сержанты играли более важную роль, чем это имеет место быть в современных армиях, по вашей оценке?"

Генерал Бальк: "Да. Когда я был командиром мирного времени, я придерживался принципа, что никто не может стать сержантом, пока не пройдёт полугодовой подготовки. Позже, когда я стал командиром быстрой, т.е. моторизированной части, я разработал концепцию специальных учебок для сержантов. По этому поводу я даже поспорил с нашим начальником штаба (генералом Гальдером), который говорил: "Нет, нет, двух недель достаточно!". Потом был компромисс. Он сказал: "Ладно, три месяца" - и я согласился, а затем, ни слова не говоря, продлил срок до полугода".

"Суть в том, что если кто-то знает своё ремесло, знает, что делать, то тебе не приходится отдавать ему команды, что-то приказывать. Один из моих преемников [в должности командира полка] сказал мне после Польской кампании, что [в полку] было меньше потерь среди офицеров, потому что сержанты были настолько хорошо выучены, что офицерам не нужно было везде появляться лично. И ещё один момент, практически не было случаев, связанных с насилием над солдатами, потому что сержант знает своё дело. Ему не приходится заниматься издевательствами над солдатами, он может убедить их своим умом - не силой".

Мистер Данниган: "Как вы отбирали кандидатов в сержанты, и чему вы учили их эти шесть месяцев?"

Генерал Бальк: "Их отбирал командир роты. Он говорил: "Ну, хорошо, из этого рядового может выйти сержант". Затем мы экзаменовали их, и если кто-нибудь проваливал экзамен, он сразу вылетал. ...Я старался подготовить их, чтобы они смогли учить новобранцев по-умному - помогая им достичь понимания: не тупая муштра или что-то подобное, а пища для размышлений. Любое обучение должно строиться [на] уважении к человеческой личности, и уважении к индивидуальной свободе воли. Это не всегда просто, но это единственный способ хоть чего-то добиться".

Мистер Данниган: "...У вас есть ещё советы по поводу системы подготовки, которые могли бы пригодиться командиру корпуса?"

Генерал Бальк: "Необычайно важно, чтобы сержантские учебные части не использовались в деле, ни при каких обстоятельствах. Часто бывало так, что боевые действия вели к потерям, и эти ценные части бессмысленно жертвовались.

Очевидно, что генерал Бальк в качестве командира корпуса не мог полностью возместить потери в сержантском составе за счёт сержантских школ в Германии. Это врождённый порок всех армий в мирное время и на войне. Он хотел донести мысль, что нужно отбирать и обучать этих важнейших командиров, даже когда их временное отсутствие ослабит часть - и их обучение не должно прерываться, независимо от серьёзности ситуации. Короче говоря, нельзя есть посевное зерно.

Отбор талантливых боевых командиров в мирное время сам по себе является проблемой, по крайней мере, по мнению генерала Балька.

Мистер Карбер: "Вы замечали в солдатах, особенно в ваших младших командирах, какие-либо черты, которые были бы заметны в мирное время, и которые были бы признаком эффективного боевого командира?"

Генерал Бальк: "На этот вопрос я могу дать только отрицательный ответ. В мирное время подобное можно разглядеть только случайно".

И снова о том же самом:

Генерал Бальк: "На любой войне вы столкнётесь с тем, что всё будет вывернуто наизнанку. Очень хорошие по меркам мирного времени люди на войне нередко окажутся паршивыми, но те, у кого в мирное время ничего не получалось, могут вдруг великолепно себя проявить".

В последний день обсуждения, когда к заседанию присоединилось значительное число заинтересованных наблюдателей, стало очевидно, что между немецкой и американской армиями начали проводить нелестные сравнения, в том смысле, что немецкие командиры в массе своей превосходили американцев в тактическом искусстве. Очевидное мастерство и великолепные выступления генералов Балька и фон Меллентина во время обсуждения легко склонили зрителей к этому мнению. В связи с этим, уместно упомянуть образный и важный немецкий термин, Finqerspitzengefuehl. Дословно это означает "чувство на кончиках пальцев". Этот термин выражает концепцию инстинктивного, шестого чувства, чувства местности и тактики - мастерский подход к искусству войны.

Генерал ДеПью: "На сотню немецких генералов, [у скольких] встречалось Finqerspitzengefuehl?"

Генерал Бальк: "Всего у трёх или четырёх, но и тех не признавали".

Тем не менее, характер и особенности немецкой армии являлись могучей силой на поле боя. Результативность является окончательной мерой эффективности. Результативность немецкой армии стабильно превосходила аналогичные показатели её противников. Даже в последний год войны численное превосходство союзников и их подавляющее преимущество с точки зрения ресурсов нередко опровергались тактическим и техническим мастерством немецких сил. Генерал фон Меллентин, подводя итоги своего выступления, коснулся факторов, из которых складывалось это относительное превосходство в реальной боевой эффективности:

Генерал фон Меллентин: "Мы заметили, что командиры на всех уровнях совершенствуются вместе с полученным опытом. [Их] инициатива должна поощряться, и на уровне командира дивизии это так же важно, как на уровне командира взвода..."

"Командир и его подчинённые начинают понимать друг друга на войне. Чем лучше они понимают друг друга, тем короче и проще могут становиться приказы. Чтобы следовать команде или приказу, его надо заодно продумать на том же уровне, с которого этот приказ был отдан. А успешное выполнение приказа требует, чтобы человек, получивший этот приказ, мыслил хотя бы на один уровень выше того уровня, с которого этот приказ был отдан. К примеру, приказ для танкового батальона требует также мышления на уровне бригады. Решаемая задача требует способности мыслить, или проникать своими мыслями, в намерения высшего командования".

"Auftragstaktik не ограничен каким-либо уровнем. Этот принцип применим как к командиру дивизии с его начальником штаба, так и к командиру танкового экипажа и его наводчику".

"Наша система подготовки и немецкий менталитет прекрасно подходят для этого исторического принципа".

Нет сомнения в том, что были и другие причины немецких успехов на поле боя, включая пристальное внимание к деталям, проявленная отвага и упорство в борьбе с трудностями, а также решительность и стойкость. Теперь мы перейдём к использованию этих навыков и качеств в ходе проведения оборонительных операции".
Часть 3.1. Оборонительная доктрина и игра в солдатики

"В последние шесть или семь лет разгорелась новая, важная и оживлённая дискуссия о том, какая тактика лучше всего подходит для обороны Западной Европы сухопутными силами НАТО. Армия США, перейдя от долгой вьетнамской войны против легковооружённого и неуловимого противника к противостоянию с тяжеловооружёнными и превосходящими её численно силами Варшавского договора, предложила идею "активной обороны". Эта оборонительная концепция, объединяющая разнообразные тактические приёмы, опирается на превосходство в области разведки, высокую мобильность, быструю концентрацию сил, гибкость в условиях вражеского прорыва и тщательно рассчитанные контратаки.

Отдельные критики утверждали, что подобная оборонительная концепция слишком сильно полагается на истощение вражеских войск, не до конца использует мобильность современных бронетанковых сил, и - это, вероятно, самое главное, - не пытается сыграть на видимой негибкости советского мышления и советских командных структур.

Другие просто рекомендовали НАТО принять на вооружение тактику, которую немецкая армия успешно использовала в России. Помимо всего прочего, именно по этой причине встреча с генералами Бальком и фон Меллентином в текущих условиях вызывает такой интерес.

Есть две большие разницы между обстановкой, существующей для НАТО в 1980 году и военными условиями в России в 1942 и 1943. Первое - это территория. У немецкой армии было пространство для манёвра. Например, контрудар фон Манштейна под Харьковом продвинулся на расстояние, сравнимое с расстоянием между Франкфуртом и Ганновером. Русское наступление на левом фланге после Сталинграда прошло расстояние, превышающее путь от границ Восточной Германии до Бельгии, через ФРГ и Голландию.

Второе отличие заключается в составе обороняющихся сил. Бронетанковая дивизия США или ФРГ располагает тремя сотнями основных боевых танков. 11-ая бронетанковая дивизия генерала Балька большую часть времени насчитывала около двадцати пяти танков. Помимо этого, пехота НАТО в Центральном Регионе является полностью механизированной. В России почти вся немецкая пехота передвигалась пешим порядком.

На этом фоне обсуждение оборонительной тактики продолжалось на протяжении четырёх заседаний, но в особенности во вторник, 20 мая. Утром этого дня генералы Бальк и фон Меллентин показали и описали свои замыслы касательно обороны на участке 3-й бронетанковой дивизии США, при помощи техники моделирования, разработанной в корпорации БиДиЭм. Используя визуальные возможности техники моделирования, немецкие генералы расположили части 3-й бронетанковой дивизии для обороны в соответствии со своими взглядами и опытом по борьбе с русскими. Вместе с ними в моделировании, в качестве главного наблюдателя, принимал участие генерал Глен Отис, заместитель начальника штаба армии США по операциям и планированию. Всего два года назад генерал Отис командовал американской 1-ой бронетанковой дивизией 7-го корпуса, а незадолго до этого он был командиром бригады в 3-й бронетанковой дивизии. Его общение с немецкими генералами в основном было посвящено вопросу применимости тактики и технических решений, выработанных ими на Восточном фронте в годы Второй мировой, к сегодняшней ситуации на центральном фронте НАТО.

Процесс моделирования

Техника моделирования БиДиЭм использует карты министерства обороны в масштабе 1:50000, изображающие район, подконтрольный 5-му корпусу США. Карты были покрыты прозрачной плёнкой, чтобы иметь возможность отмечать границы частей и обозначения преград прямо на картах. Фишки представляли собой соединения уровня батальона, и изображали все манёвренные и артиллерийские части, входящие в состав американского 5-го корпуса и советской 1-ой гвардейской танковой армии. Сами фишки представляли собой модельки танков, бронетранспортёров и самоходной артиллерии в масштабе 1:285, устанновленные на подставках и раскрашенные в соответствии с родом войск (красные - артиллерия, жёлтые - танки, жёлтые в полоску - кавалерия, синие - механизированная пехота). Дополнительно были доступны маркеры с зонами обстрела и дальностью стрельбы, позволяющие быстро оценить возможности различных боевых систем. После расстановки фишек на начальные позиции было организовано обсуждение, чтобы разобрать использованные тактические принципы и дать игрокам возможность представить, как будут развиваться события. Боевые позиции рассматривались по трём этапам - действия сил сдерживания, главное сражение и первая крупная контратака. Во время каждого этапа сражения принимались во внимание доктрина, местность и взаимодействие сил, чтобы определить вероятный результат боестолкновения. Проводились обсуждения каждого этапа. Замыслы обсуждались, ожидаемые результаты предсказывались, основные соображения проговаривались. В ходе этого делались подробные записи, фотографировалось игровое поле и позиции частей.

Немецкое решение

Генералы Бальк и фон Меллентин сначала были ознакомлены с размерами и составом 3-й бронетанковой дивизии, с её участком и задачами. Они были приятно удивлены тем, что в дивизия располагала одиннадцатью манёвренными батальонами (шестью бронетанковыми и пятью механизированными), одним кавалерийским эскадроном, четырьмя батальонами дивизионной и четырьмя батальонами корпусной артиллерии (все орудия калибра 155 мм и выше, самоходные), и двумя ротами боевых вертолётов. Они были практически потрясены, обнаружив, что им досталось 325 танков.

Участок 3-й бронетанковой дивизии находился в районе Хюнфельда - Лаутербаха - Бад-Херсфельда. Автобан Кассель-Франкфурт проходит через его левую часть в юго-западном направлении. Южная граница почти касалась Фульды. Задачей дивизии был встречный оборонительный бой. Генералам объяснили, что политика США состоит в том, чтобы стойко сдерживать противника в ходе оборонительного сражения, замедлить его продвижение и определить направление главного удара, а затем дать основное сражение как можно ближе к границе - таким образом, не позволив советским войскам прорваться к политическим и промышленным центрам Западной Германии.

Генералы Бальк и фон Меллентин приняли вызов и тихо посовещались друг с другом над картой. Генерал фон Меллентин в какой-то момент повернулся к американским участникам и сообщил, что много времени не понадобится. Он заметил, что в России им обычно приходилось принимать подобные решении минут за пять. Очень скоро они расставили свои силы и выразили готовность разъяснить свой план.

Почти невозможно удержаться от соблазна дословно процитировать то, что они говорили, объясняя своё предложение. Но на деле объяснение было коротким, ясным и простым. Их замысел состоял в следующем:

Три кавалерийских разведывательных эскадрона должны были вести сдерживающие бои от границы и до места основного сражения.

Две бригады, по три батальона каждая, должны были оборонять южные три четверти участка дивизии. Они получали серьёзную артиллерийскую поддержку, тактическую авиацию и ударные вертолёты. Их задачей было удерживать позиции.

Самый левый сектор должен был остаться без прикрытия, чтобы убедить советскую сторону наступать дивизией по автобану в направлении Альсфельда и Гиссена. Начальная оборонительная расстановка сил показана на карте №1.

Они рассчитывали, что очевидный успех передовой бронетанковой дивизии заставит русских отправить вторую дивизию в том же направлении, чтобы усилить прорыв. Русское наступление показано на картах №2 и №3.

Усиленная бригада из 5 батальонов должна была встать севернее Лаутербаха, чтобы нанести удар во фланг советских частей, двигающихся по автобану и уничтожить их.

Когда советское наступление миновало бы Альсфельд, контратака началась бы с удара в тыл передовой дивизии и по авангарду следующей дивизии (см. карту №4).

1) http://ljplus.ru/img4/g/i/gideon_stardust/Map01.gif
2) http://ljplus.ru/img4/g/i/gideon_stardust/Map02.gif
3) http://ljplus.ru/img4/g/i/gideon_stardust/Map03.gif
4) http://ljplus.ru/img4/g/i/gideon_stardust/Map04.gif

Немецкие генералы отметили, что их план требовал наличия очень крепких нервов у командира 5-го корпуса (не говоря уже о нервах командиров немецких корпусов и дивизий, стоявших севернее). Генерал фон Меллентин заодно отметил, что подобная операция не могла быть самостоятельно предпринята командиром дивизии. Вместо этого, она должна была стать частью замысла командира корпуса.

Первые вопросы со стороны генерала Отиса и других американских участников касались того, разумно ли давать советской бронетанковой дивизии возможность действовать в тылу армии и в центре густонаселённой местности к северу от Франкфурта. Сначала генералы ответили на это замечание так: чем дальше зайдёт противник, тем больше будет возможностей для его уничтожения. Тем не менее, после дальнейшего обсуждения, генералы решили, что обстоятельства могут потребовать размещения на автобане определённых сил, чтобы ограничить и замедлить наступление. Для этого они сняли два батальона с позиций бригад в центре и справа и расположили их на автобане около Альсфельда, как показано на карте №3. Стоит отметить, что они не стали ослаблять силы, выделенные для контратаки, а вместо этого предпочли пойти на ещё больший риск на второстепенном направлении (согласно принципу "экономии сил").

Было сразу ясно, что на этот шаг они пошли с сожалением. Очевидно, им хотелось позволить советским забраться поглубже, чтобы затем расправиться с ними, ведь именно так они столь часто и столь успешно действовали в России. Их разочарование от необходимости решать эту дилемму отражает чувства сегодняшних командиров НАТО. Тем не менее, генерал Бальк позже позволил себе откровенную реплику по поводу политических и гуманитарных аспектов этой тактической проблемы: "К концу войны мы были весьма скованы в своей способности к манёвру, потому что мы не могли позволить русским войти в области, населённые немцами".

Генерал Отис, живший в тех местах, также беспокоился по поводу способности двух слабых бригад удержать или хотя бы прикрыть 20 километров территории. Генерал Бальк парировал это замечание, сказав, что в этом секторе он собирался прежде всего делать ставку на артиллерию.

Смелость - даже дерзость - их плана можно было бы посчитать безответственностью, будь он предложен кем-то иным. Но их готовность дать открытое сражение вытекала из их весьма успешного опыта, и потому не может быть проигнорирована. Надо полагать, они запомнили, что крупного выигрыша можно было добиться только в условиях, когда именно они - а не русские - формировали поле боя и сохраняли инициативу. К тому же, они наверняка считали, что любой другой результат, помимо крупного выигрыша, не позволял успешно решить проблему, с которой им пришлось столкнуться. Вдобавок, из всех обсуждений однозначно вытекало, что русские войска были наименее эффективны в том случае, когда по ним наносился удар с неожиданного направления - что в подобных обстоятельствах они медленно реагировали и часто оказывались парализованы.

Во всём этот присутствовало невысказанное предположение, что строго оборонительное сражение приведёт либо к взаимному перемалыванию сторон, либо к катастрофическому поражению. Достаточно сказать, что "немецкое решение" даёт щедрую пищу для размышлений.

Мы вернёмся к теории и практике обороны после того, как рассмотрим "американское решение".
Часть 3.2. Оборонительная доктрина и игра в солдатики

Американское решение

Во вторник вечером генерал-лейтенант Пол Горман из отдела стратегического планирования Комитета начальников штабов, бывший командующий 8-й механизированной дивизии США, разместил свою дивизию на южном участке 5-го корпуска, используя карту и моделирование БиДиЭм. Генерал Горман тщательно и подробно объяснил свой замысел и особенности развёртывания генералам Бальку и фон Меллентину, по следующим пунктам:

Местность на этом участке состоит из высоких лесистых холмов Верхнего Рёна на юге и более ровных, но холмистых окрестностей Фульды на севере. Наступление вражеской бронетехники на юге сможет продвигаться только по глубоким низинам. На севере есть пространство для манёвра.

Генерал Горман считал, что его участок может быть полностью проигнорирован, а основные силы нападающих будут сконцентрированы против 3-й бронетанковой дивизии к северу, а если его участок и будет атакован, то лишь в районе, прилегающем к Фульде. Его замысел состоял в том, чтобы удерживать позицию на правом фланге и заманить противника в мешок перед Фульдой, а потом разгромить его там контратакой с юга.

Силы сдерживания должны были вести бой таким образом, чтобы не только замедлить, но и направить противника в мешок у Фульды.

Бригада, состоящая из трёх батальонов механизированной пехоты, должна была остановить вражеское продвижение при помощи подготовленных оборонительных позиций на восточных окраинах Фульды (см. карту №1).

Центральная и правофланговая бригада из двух батальонов каждая, плюс артиллерийская поддержка, должны были "активно обороняться" на пересечённой местности Верхнего Рёна. Они должны были постепенно отступать, тем не менее, ожидалось, что они смогут нейтрализовать возможность вражеского прорыва на этом второстепенном направлении (карта №5).

Крупная бригада из трёх бронетанковых и одного механизированного батальона должна была находится в мобильном резерве к югу от Фульды, готовясь организовано контратаковать южный фланг наступающих войск, как только их продвижение будет остановлено бригадой у Фульды (карта №6).

Если эта контратака привела бы к быстрому успеху, или если противник не стал бы посылать свои основные силы в Фульдский мешок, собранные для контратаки войска были бы переброшены к Альсфелду, на помощь 3-й бронетанковой дивизии, на чей участок, по мнению генерала, пришёлся бы основной удар (см. карты №7 и №8).

5) http://ljplus.ru/img4/g/i/gideon_stardust/Map05.gif
6) http://ljplus.ru/img4/g/i/gideon_stardust/Map06.gif
7) http://ljplus.ru/img4/g/i/gideon_stardust/Map07.gif
8) http://ljplus.ru/img4/g/i/gideon_stardust/Map08.gif

Генералы Бальк и фон Меллентин назвали план генерала Гормана великолепным. Он соответствовал их общему представлению о том, как надо воевать с русскими. Генерал Бальк сказал генералу Горману, что они с ним "братья по духу". За этим оследовало обсуждение решения генерала Гормана, из которого хочется процитировать следующие реплики:

Генерал Бальк: "Необходимо будет проинструктировать передовые силы насчёт того, что надо уничтожить или подготовить к уничтожению каждый мост, каким бы незначительным он не был. Нужно поставить минные поля, [состоящие] из 1000 настоящих мин и может быть 5000 учебных, а, возможно, из одних учебных. Фальшивые мины могут оказаться столь же эффективны, как и настоящие, может быть даже эффективнее... И у них есть ещё одно преимущество, вы можете использовать кого угодно для установки подобных мин, даже женщин, они справятся с этой задачей не хуже других".

Затем немецкие генералы предположили, что генералу Горману даже стоит подумать о том, чтобы удержать в резерве ещё один батальон. Это вызвало дискуссию о роли командира корпуса.

Генерал фон Меллентин: "...Командир корпуса должен сконцентрировать резервы дивизий в одной контратаке, чтобы разгромить одного противника, а за ним второго".

Обсуждая план генерала Гормана насчёт подготовленных оборонительных позиций у Фульды:

Генерал Бальк: "У меня интересный вопрос. Как русские поступят, [столкнувшись] с использованием и применением инженерных методов и препятствий, [которые] помешают им наступать? Как бы поступили русские? Я считаю, что они вероятно просто оставили бы позади всю свою сложную технику и продолжили бы наступать одной пехотой".

Генерал Горман: "Если бы они так поступили, артиллерия смогла бы успешно попрактиковаться в стрельбе".

Генерал ДеПью: "Если сражение будет вестись так, как предлагаете вы и генерал Горман, возникает проблема разрыва между флангами. Одно решение - согласно классическому правилу - это поддерживать постоянный контакт между участками на всём протяжении фронта, слева направо. Другое решение... состоит в том, что командир корпуса поручает эту задачу своим кавалерийским частям, чтобы его дивизии получили возможность концентрировать силы. Что вы об этом думаете?"

Генерал фон Меллентин: "Так, я согласен с вашим вторым утверждением. Командир корпуса должен разбираться с этой ситуацией - оставьте её под контролем командования корпуса, у которого имеются разведывательные [кавалерийские] части".

Сходство между двумя планами - немецким и американским - было удивительным. В обоих случаях, большая часть района боевых действий удерживалась меньшей частью войск. В обоих случаях неприятеля "приглашали" следовать по заранее выбранному маршруту или в подготовленный мешок. В обоих случаях был выделен крупный резерв для решительной контратаки. Принципиальным (и единственным серьёзным отличием) было то, что немецкие генералы хотели бы дать русским возможность наступать - чем дальше, тем лучше - а генерал Горман намеревался намертво остановить их на подступах к Фульде. В результате последующего обсуждения немецкие генералы неохотно согласились разместить на автобане скромную оборонительную позицию из уважения к политическим и гуманитарным реалиям.

Был поднят вопрос, использовал ли генерал Горман "активную оборону"? Он сказал, что использовал. Затем он добавил, что "активная оборона" не требует от командира ничего неестественного, что нужно было просто соединить несколько тактических решений - бригада на правом фланге осуществляла подвижную оборону, бригада слева оборонялась на подготовленных позициях, а усиленная бригада наносила контрудар с целью уничтожить противника, в полном соответствии с лучшими образцами тактического искусства.

Так как генерал Горман является одним из создателей текущей доктрины армии США, следует обратить особое внимание на его тактическое решение. Он не собирался без нужды отдавать территорию, но полагался на организованное отступление, чтобы не допустить прорыва своей обороны. Он сохранил инициативу, а его целью было уничтожение нападавшего. Он был гибок и изобретателен.

"Активную оборону" иногда ошибочно считают простым сдерживанием, отступлением с боем. В руках Гормана - безусловно наделённого Finqerspitzengefuehl, "чувством на кончиках пальцев" - это понятие охватывает широкий спектр тактических подходов и максимально использует особенности противника и местности.

Прежде чем перейти к более широкому обсуждению тактики и техники, вот замечание, сделанное генералом фон Меллентинтом, в котором изложена суть оборонительной концепции, которой придерживается он и генерал Бальк:

"Постоянное численное превосходство русского привело нас в России к отказу от позиционной обороны. Мы предпочитали держать лишь малые силы на передовой, и мы сосредотачивали танки далеко позади, чтобы осуществлять контратаки во фланг или в тыл. Даже сейчас мы считаем, что позиционная оборона опасна. Манёвренная оборона, постоянно создающая для русского неожиданные ситуации, путает его и нарушает его план".
Истина рождается ересью, а умирает предрассудком — Георг Вильгельм Фридрих Гегель

Аватар користувача
Walther88
Повідомлень: 190
З нами з: Сер серпня 20, 2014 8:16 pm
Звідки: Стольний град Київ

Re: Матеріали по тактиці

Повідомлення Walther88 » П'ят березня 31, 2017 4:07 am

Часть 4. Опыт боёв в обороне

"В ходе четырёхдневной конференции, обсуждение касалось самых разных тактических вопросов с той или иной степенью подробности. Подобные темы собраны в этом разделе, независимо от той последовательности, в которой они возникали.

В самом начале конференции генерал Бальк разъяснял свою концепцию оборонительных, или, точнее, сдерживающих действий, в которой было несколько важных технических моментов.

Генерал Бальк: "Когда я исполнял обязанностей командира дивизии, я решил, что наши разнообразные тактические приёмы времён Первой мировой войны, которые основывались на поддержании постоянной линии окопов, были ошибочны. Я успешно использовал другой оборонительный приём:

а. Я организовывал линию окопов по-старому, но только для маскировки. Панцергренадёры и инженеры размещались там, чтобы изображать какую-нибудь деятельность.

б. За пятьдесят километров от этой оборонительной позиции, танковый полк, [противотанковые средства], и [оставшаяся пехота] атаковала прорвавшиеся русские силы и уничтожала [их].

в. Затем мы отступали к последней позиции, [видимо, второй линии окопов]. К этому моменту противник обычно уже не обладал достаточными силами, чтобы активно атаковать".

Здесь, опять же, сразу видно влияние пространства на тактику. В русских степях, по большей части ненаселённых, 50 километров - это ничтожное расстояние. В то же время, в Западной Европе всего два или три таких отступления подряд будут означать конец войны.

Во время обороны реки Чир (http://militera.lib.ru/h/mellenthin/11.html), в ходе неудачной попытки прорваться к Сталинграду и сразу же после неё, 48-й танковый корпус Вермахта располагал на фронте одной лишь слабой пехотной дивизией и полевой дивизией Люфтваффе, имея в резерве для контратаки 11-ю танковую дивизию генерала Балька. На протяжении многих недель эта единственная танковая дивизия произвела десятки важнейших контратак. Раз за разом удавалось восстановить оборону по реке Чир. В результате этих операций была уничтожена русская 5-я танковая армия, а немецкие позиции к западу и югу от Сталинграда были спасены от катастрофического разгрома. Дискуссия перешла к обсуждению подробностей этой кампании.

Генерал ДеПью: "...Каким вооружением располагал [полк панцергренадёров], чтобы остановить танковую атаку русских?

Генерал Бальк: "Я предоставил всё имеющиеся противотанковые орудия в распоряжение полка".

Генерал фон Меллентин: "Противотанковые орудия не принадлежали полку, они подчинялись дивизии".

Генерал ДеПью: "Какие приказы генерал Бальк отдавал командиру 15-го танкового полка в данном конкретном случае, когда пехота остановила наступление? Какими были приказы?"

Генерал фон Меллентин: ""Вперёд". ...Одна колонна была атакована и уничтожена с тыла, тогда наши танки развернулись и атаковали другую русскую колонну в тот момент, когда она преодолевала возвышенность, и каждый так подставлял своё дно... с 24 танками мы уничтожили 72 русских танков, не потеряв ни одного человека".

Мистер Данниган: "Это потому, что русские смотрели в другую сторону, когда вы их атаковали, и оказались не способны что-либо противопоставить внезапности, которой вы достигли?"

Генерал Бальк: "Естественно".

Постоянно возникавшая тема была связана с вопросом смешанных боевых групп, а конкретно с тактическим использованием пехоты вместе с танками. В общем, создаётся впечатление, что немецкая армия даже сейчас, не говоря уже о Второй мировой, рассматривает пехоту как скорее неподвижную или позиционно-оборонительную силу: силу, которая удерживает оборонительные позиции, формирующие поле боя; поддерживает непрерывность фронта; создаёт структуру, в границах которой подвижные танковые соединения, обычно находящиеся в резерве, производят контратаки, что является главным средством уничтожения атакующего противника. Это ведёт к ситуации, в которой согласование действий танков и пехоты производится на уровне бригады или дивизии.

Американская концепция во многом схожа с немецкой, но с одним важным исключением. Американская армия имеет привычку смешивать свои танковые и механизированные батальоны, так что в подавляющем большинстве случаев в механизированном батальоне будет хотя бы одна танковая рота, а танковый батальон будет располагать хотя бы одной ротой механизированной пехоты. Эта практика (хотя и встречающаяся в немецкой армии), проистекает из того факта, что батальоны НАТО на передовой линии прикрывают широкий фронт, и нередко будут вынуждены вести независимые друг от друга сражения в самой разной местности. Это означает, что в американской армии согласование действий танков и пехоты происходит на батальонном уровне. Сегодняшняя немецкая армия предпочитает заниматься согласованием действий танков и пехоты на бригадном уровне.

Очевидно, что в 11-й танковой дивизии генерала Балька это согласование нередко происходило на уровне дивизии:

Генерал ДеПью: "...На реке Чир вы останавливали [русский прорыв] панцергренадёрами, а затем наносили удар [во фланг] русских танков своими танкам. Использовался ли при этом другой полк панцергренадёров против вражеской пехоты [сопровождавшей русские танки] - было ли что-нибудь похожее?

Генерал фон Меллентин: "Мы посовещались с генералом Бальком, и мы сосредоточили оба [полка панцергренадёров] чтобы остановить танки, и [наши] танки [одни] атаковали с фланга.

Генерал ДеПью: "Были другие случаи, когда полк панцергренадёров атаковал совместно с танками?"

Генерал фон Меллентин: "Обычно генерал Бальк предпочитал использовать эти части по отдельности, танки и пехоту; но вам сейчас повезло иметь полностью механизированную пехоту, которая располагает всем необходимым..."

Мистер Спрей: "Генерал, может быть вы вдруг вспомните какой-нибудь случай, когда танки и панцергренадёры шли в атаку вместе, просто из-за условий местности?"

Генерал Бальк: "Случаи бывали, но я старался их избегать, потому что когда вы соединяете две части, начинается такой беспорядок, и потом вам придётся их снова разъединять, и это будет сложно".

(Неизвестно кто): "Вы не сталкивались с ситуацией, когда вашим танкам была необходима поддержка пехоты, чтобы защитить их от вражеской пехоты?"

Генерал Бальк: "Нет".

Этот обмен репликами вызвал определённое удивление, но генерал фон Меллентин признал, что всё меняется, когда у пехоты есть своя броня и соответствующая подвижность за счёт гусеничных боевых машин, особенно если эти боевые машины вооружены автоматическими пушками и противотанковыми ракетами.

Общее мнение всех современных армий (включая советскую), состоит в том, что механизированная пехота будет прикрывать танки, раньше них вступая в города и леса, в ходе атак или контратак, и зачищая укреплённые пункты или позиции окопавшейся вражеской пехоты, которые мешают или угрожают движению бронетанковых сил.

Мы можем только принять к сведению жёсткую позицию генерала Балька. Ему не хотелось смешивать танки и пехоту на уровне ниже его собственного. Но мы не должны забывать, что в его дивизии не было и одного полного батальона танков. Его полки панцергренадёров представляли собой всего-навсего небольшие батальоны. Таким образом, мы имеем дело с тактической интеграцией танков и пехоты на бригадном уровне - практически на батальонном - но во главе с во всех смыслах выдающимся командиром.

Ещё одна составляющая оборонительных операций, на которую обратили внимание в ходе обсуждения, была связана с противотанковыми средствами и их отношением к пехоте и танкам, в плане тактики. Эта тема сейчас весьма актуальна в связи с появлением противотанковых управляемых ракет.

Генерал ДеПью: "В пустыне у вас были противотанковые орудия калибра 88-мм и 76-мм. Какие-нибудь приёмы из тех, которые вы использовали, когда согласовывали применение противотанковых пушек с действиями танков, походили на то, чего мы пытается добиться с противотанковыми ракетами?"

Генерал фон Меллентин: "В Африке мы ставили противотанковую "88-ку" спереди, чтобы оставить продвижение неприятеля, и отдельно атаковали неприятеля танками с флангов и с тыла".

Генерал ДеПью: "Как правило, танки ждали, когда британские силы придут в беспорядок в результате применения противотанковых орудий, и только после этого атаковали?"

Генерал фон Меллентин: "Мы обычно давали им время подбить наступавшие танки перед позициями "88-ок". А потом следовала внезапная танковая атака".

Генерал Горман: "А насколько далеко могли бить "88-ки", если они увидели цель?"

Генерал фон Меллентин: "Понимаете, в пустыне невероятная видимость, и потому я сказал бы, что они могли успешно поражать танки на расстоянии в 2-3 тысячи метров".

Генерал ДеПью: "А с какого расстояния вы могли подбить танк Т-34 на [немецкой] "четвёрке" (Pz-IV)?"

Генерал фон Меллентин: "Полторы-две тысячи метров, [но] очень часто мы жгли их на расстоянии в 200-300 метров".

Генерал ДеПью: "[Во время контратаки], мне интересно, вы останавливались, чтобы сделать [прицельный] выстрел, прежде чем сблизиться [с ними]?"

Генерал фон Меллентин: "Да, безусловно".

Последний момент очень важен. Многие офицеры представляют себе контратаку как обрушивающуюся на противника кавалерийскую лаву. Тем не менее, практически во всех бывалых армиях это выглядит так: отряд, производящий контратаку, занимает выгодную позицию на фланге, которая позволяет ему расстреливать вражеские танки с неподвижных позиций. И только после того, как все вражеские танки будут уничтожены или скроются за естественными преградами, отряд начнёт непосредственное сближение с противником. В некоторых случаях дело до этого так и не доходит.

Желательность концентрации противотанковых орудий также была важнейшим моментом при проведении генералом Бальком оборонительных операций в России.

Генерал Бальк: "...Вопреки приказам командования группы армий, части противотанковой обороны не были распределены по линии фронта, а вместо этого использовались [11-й танковой дивизией] концентрированно, в решающей точке".

Мистер Карбер: "О каких частях противотанковой обороны мы сейчас говорим?"

Генерал фон Меллентин: "76-миллиметровые пушки. Мы их захватили у русских. Отличное оружие. Лучше держать противотанковые орудия в резерве, пока не удастся определить точное место Schwerpunkt'а".

Мистер Данниган: "Почему командующий группы армий пытался распылить силы?"

Генерал Бальк: "Командующий группы армий хотел получить одну длинную непрерывную линию противотанковой обороны, но её всё равно бы [прорвали], и тогда нам нечего было бы противопоставить столь серьёзной угрозе".

Генерал фон Меллентин: "Он был отличным солдатом, но по сравнению с нами у него было чересчур пехотное мышление".

И опять мы видим классический спор между желанием упорно удерживать территорию - не отдавать её врагу, и добиваться этого за счёт создания и поддержания оборонительных линий окопов - и альтернативной тактикой манёвренного боя, когда силы противника уничтожаются в открытом поле. В определённой степени, как указал генерал фон Меллентин, это разница между точками зрения офицеров с "пехотным мышлением", с одной стороны, и офицеров с "танковым мышлением", с другой. Эта разница не должна нас удивлять, так как пехота наиболее сильна на заранее подготовленных позициях, где она защищена от вражеских орудий и танков полевыми укреплениями и минными полями. С другой стороны, командиры танковых частей чувствуют себя неуютно на неподвижных позициях, а потому хотели бы сохранять мобильность. Видимо, благоразумное сочетание этих взаимно дополняющих друг друга качеств формирует поле боя, поддерживает связность и создаёт ситуации, позволяющие разгромить противника. Каждое качество, взятое само по себе, не обладает и 50 процентами их совместной эффективности".
Часть 5. Малые отряды, авиация, партизаны и инфильтрация

Организация боевых частей

"Когда 11-я танковая дивизия провела невероятную серию успешных контратак на линии Чира, она ни в коем случае не являлась полностью укомплектованной боевой частью. По сути, 15-й танковый полк большую часть времени имел не больше 26 танков - это где-то полторы роты по американским нормам. В сегодняшней американской танковой дивизии насчитывается более 300 танков. Как же вышло так, что столь небольшой отряд сумел, в течении нескольких месяцев, разгромить русскую танковую армию?

Генерал Бальк: "В те три года, когда я командовал ротой во время Первой мировой войны, мы всегда проводили концентрированные атаки с небольшим количеством людей и большим количеством артиллерии. Иными словами, у вас должно быть много техники, но как можно меньше людей, именно так и надо воевать".

Генерал фон Меллентин: "Я могу только подчеркнуть то, что генерал Бальк сказал нам по поводу малых отрядов - надо избегать крупных отрядов. Неважно, идёт ли речь о роте, корпусе или дивизии - всегда проще иметь дело с небольшими подразделениями".

Генерал ДеПью: "Сколько офицеров обычно было у генерала в его роте?"

Генерал Бальк: "Не больше одного. Он командовал взводом. Обычно не требовалось больше двух [офицеров в роте]. Иногда в роте не было других офицеров, кроме меня. С другой стороны, я не раз командовал специальными силами, отрядами коммандо, рейдами типа тегеранского (? - Г.Н.), и в таких случаях у нас было от 4 до 6 офицеров".

"...В роте должно быть не более 70-80 человек".

"...300 человек [в батальоне] делятся на 4 роты - 3 стрелковые роты и одну пулемётную".

Генерал Бальк: "Идеальная [бронетанковая] дивизия состояла бы из трёх [панцергренадёрских] полков с двумя батальонами в каждом, и одного танкового полка".

"...Если имеется хороший танк, было бы достаточно 10 танков на роту... нужны 3 взвода по 3 танка каждый, и ещё один танк для командира роты. Слишком много танков - это слишком много потерь".

"...Три [роты в батальоне]".

Мистер Карбер: "Один из аргументов критиков [малых отрядов] состоит в том, что в этом случае боевые потери приведут к тому, что часть станет слишком слабой и утратит свою боеспособность".

Генерал Бальк: "На это есть другой аргумент - меньшие части несут меньшие потери. Войска склонны держаться вместе [сбиваться в кучу], когда видят рядом других - так у вас [в одном месте] собираются 12 танков, они попадают под обстрел и половины уже нет".

"Малым отрядом легче управлять, и он более гибкий".

Мистер Данниган: "Какое сопротивление встретила идея меньших по численности частей в немецкой армии?"

Генерал Бальк: "Сопротивление состояло в том, что все хотели получить как можно больше, потому что считали, что многого можно достичь только при помощи многих".

Генерал ДеПью: "Когда 11-я танковая дивизия добилась своих самых выдающихся результатов, она была недоукомплектована. Таким образом, на самом деле вышло так, что вероятно лучший командир дивизии во всём Вермахте командовал бригадой [по размеру], командиры полков командовали батальонами, командиры батальонов командовали ротами, а ротные командовали двумя, в лучшем случае тремя танками. Так вот, является ли это дополнительным свидетельством в пользу того, что успех зависит от качества командования и от размера частей, которыми приходится управлять? Это справедливое утверждение?"

Генерал фон Меллентин: "Правильно!"

Генерал Бальк: "Да, именно так!"

Непосредственно с вопросом о размере частей был связан вопрос об их составе. Есть убеждённые сторонники идеи создания изначально смешанных батальонов (с танками и механизированной пехотой), потому что именно в таком составе им предстоит воевать. Другие предпочитают "чистые" роты и батальоны, чтобы облегчить и упростить подготовку, обслуживание и управление.

Мистер Данниган: "Генерал, в 1940 году вы разработали концепцию Kampfgruppe, "боевой группы", в которую входили бы танки, пехота и инженерно-сапёрные части, необходимые для выполнения конкретного задания. Вам всё ещё кажется, что это правильный подход?"

Генерал Меллентин: "Когда да, когда нет - зависит от обстоятельств".

Мистер Данниган: "Вы хотите сказать, что в некоторых случаях в бою будет использоваться штатная структура дивизии, с отдельными пехотными и отдельными танковыми батальонами?"

Генерал Бальк: "Штатную структуру необходимо сохранять, потому что это основа подготовки, обеспечения, управления и контроля части".

Мистер Данниган: "В 1945 году Вермахт провёл ещё одну, последнюю реорганизацию, целью которой было создание составных батальонов - из танков, бронетранспортёров, даже противотанковых частей. Вы считаете, что это было правильным решением, или же вам кажется, что части должны сохранять свою "чистоту" на батальоном уровне?

Генерал Бальк: "Я думаю, правильней будет второе. Надо всегда помнить об одном - о ремонте и обслуживании современных систем вооружения, а это можно обеспечить только в "чистых частях". Поддержание матчасти в рабочем состоянии является важнейшей задачей, и этого невозможно добиться там, где вместе собраны разные виды матчасти. Полководческое искусство заключается в том, чтобы одновременно управлять различными по составу силами, но при этом не смешивать части друг с другом".

Мистер Данниган: "У немецкой армии во Второй мировой войне были батальоны разведывательных бронемашин, которые представляли собой смешанные части... это вызывало значительные проблемы с обеспечением, из-за их состава?"

Генерал Бальк: "Проблемы со снабжением".

Этот вопрос для многих остаётся нерешённым, некоторые всё ещё считают, что войска должны быть организованы так, как им предстоит сражаться - то есть, в виде смешанных частей. Фактом остаётся то, что ведущие мировые армии продолжают сохранять "чистые" танковые и пехотные батальоны, при необходимости соединяя их для тактической подготовки и боевых действий.

Расположение командных пунктов во время отхода

Генерал Бальк: "...Во время отступления многие командиры медлят с перемещением своего штаба в тыл, и в результате случаются... страшные поражения. Моя методика состояла в том, чтобы штаб тихо работал [в тылу], а командир находился бы в решающей точке (в Schwerpunkt'е), поддерживая моральный дух".

Далее генерал Бальк объяснил, что тыловой командный пункт не должен размещаться в узловых точках, в направлении которых очевидно будут наступать атакующие русские - к примеру, в городке, через который проходит основная дорога в тыл - а вместо этого, должен быть размещён в стороне, в каком-нибудь незаметном местечке. В случае необходимости, русская атака просто пройдёт мимо, а контроль и управление не будут утрачены.

Влияние тактической авиации

Полковник Самуэль: "Какой вам видится роль авиации - Люфтваффе - в ходе проведения высокоманёвренных операций?

Генерал фон Меллентин: "По-моему мнению, это очень важный вопрос. Авиация обязана помочь нам разгромить врага. Например во вторник, во время нашей контратаки [в ходе моделирования на карте]: мы не сумели бы провести контратаку без поддержки авиации. Должна быть непосредственная связь между авиацией и дивизией [батальоном и т.д.]".

Полковник Самуэль: "[В нынешних условиях], что важнее - чтобы авиация поддерживала вас в бою, то есть оказывала непосредственную поддержку на поле боя, или [чтобы она поддерживала вас] точечными ударами по территории противника, действуя против его резервов и частей снабжения?"

Полковник Самуэль решил узнать мнение генерала об актуальном вопросе. Есть те, кто считает, что современную авиацию лучше всего использовать для контроля подступов к полю боя при помощи точечных ударов - то есть, что этот подход способен обеспечить наибольшую отдачу при наименьших потерях.

Генерал фон Меллентин: "Так, к счастью мы являемся вашими союзниками, а у вас очень большие ВВС, и мы надеемся, что у вашей авиации хватит сил поддержать наше тактическое наступление, одновременно выполняя и другие задачи [по нанесению точечных ударов]".

"На Востоке нам ни разу не грозила серьёзная опасность в результате налётов [русской авиации], но во время кампании в Нормандии, даже в группе армий Г (в Лотарингии), передвижение [днём] полностью прекращалось из-за действий вашей авиации. Никакого передвижения, просто не было возможности".

Полковник Самуэль: "Насколько эффективно [русская авиация] действовала против... ваших частей снабжения?"

Генерал фон Меллентин: "Не особо. У нас случались большие потери, [когда] наши солдаты передвигались по дорогам, которые мы запрещали использовать. Русская авиация устраивала налёт и уничтожала их, но в этом были виноваты только сами солдаты".

Действия русских партизан

Генерал Бальк высоко оценил вклад русских партизан в военные действия с советской стороны. Лично он предпочитал размещать штаб-квартиру и технические части там, где проще было обеспечить безопасность - например, в маленьких деревнях, в рощах, даже в чистом поле. В то же время, крупные города, густые леса или их окрестности считались особенно опасными.

Генерал Бальк: "Я всегда запрещал занимать подобные позиции, и настаивал на этом, несмотря на все протесты соответствующих частей. В моём подходе не было никаких недостатков с точки зрения армейской службы. Наоборот, в результате партизаны теряли свободу действий... Один армейский корпус, разместившийся в крупном городе, лишился 720 грузовиков, когда ему внезапно потребовалось выступить. Их полностью вывели из строя [партизаны], и целый корпус остался ни с чем. Это также учит нас тому, что полноценная боевая подготовка является насущной необходимостью для всех солдат и служащих тыловых частей".

Был приведён ещё один пример, когда пятьдесят партизан вырезали четыреста солдат тыловой службы, которые не умели или оказались неспособны сражаться.

Проблема фон Гутьера

Вероятно это будет интересно только военным историкам, но в ходе обсуждения произошёл довольно неожиданный обмен репликами на тему особенностей эволюции немецкой тактики. Английские и американские историки уже давно выдвинули теорию, согласно которой тактика просачивания штурмовых групп (Stosstruppen), изобретённая генералом фон Гутьером, и впервые и с большим успехом использованная против русских войск под Ригой в Первую мировую войну, является непосредственным предком тактики блицкрига времён Второй мировой. Генерал Бальк признал, что ничего не знает об этой связи.

Мистер Данниган: "К концу Первой мировой войны немецкая армия разработала тактику, которую мы называем инфильтрацией, просачиванием, тактикой Stosstruppen, тогда ещё многие энергичные офицеры стремились вступить в эти штурмовые группы. Как вам кажется, существовала ли какая-либо преемственность между образом мыслей этих офицеров и их солдат, и вашей тактикой времён Второй мировой?"

Мистер Спрей (переводит на немецкий): "В США мы много говорим о тактике просачивания времён Первой мировой войны. Имеется в виду прорыв вражеской обороны при помощи специальных штурмовых групп, за которыми следуют обычные войска. Вопрос состоит в том, повлиял ли образ мыслей командиров штурмовых групп на образ мыслей [командиров] танкистов, или всё-таки нет?"

Генерал Бальк: "В последний период Первой мировой я сам находился в ударных частях (Stosstruppen)".

Мистер Спрей: "Разве так называемый Альпийский Корпус не специализировался на прорыве вражеской обороны?"

Генерал Бальк: "[Это была] одна из лучших ударных частей, и я ни разу не видел ничего похожего на подобный способ просачивания, мы его не использовали. Мы подавляли вражеский огонь мощной артподготовкой и затем выдвигались".

Мистер Спрей: "То, что в США называют "тактикой фон Гутьера", в Германии никому неизвестно?"

Генерал Бальк: "Могу только сказать, что я побывал почти везде, но с таким не сталкивался".

Позже, во время другого разговора, полковник фон Услар-Гляйхен, немецкий военный аташе в Вашингтоне, сообщил автору, что теория насчёт "тактики фон Гутьера" является исключительно англо-американской. Он не встречал подобных идей в немецких изданиях и военной доктрине. Учитывая распространённость этой теории за пределами Германии, это может представлять плодородную почву для дальнейших исследований.

Заключительные комментарии

Помимо значительной ценности всего, что было озвучено в ходе обсуждения самых разных тем с нашими выдающимися гостями на протяжении этих четырёх дней, присутствовал ещё один невероятно важный аспект.

Нам всем самым ярким и убедительным образом напомнили, что малые силы при наличии искусного командования могут одерживать победу над крупными силами, если действия малых сил упорядоченны, а крупных сил беспорядочны. Генералы Бальк и фон Меллентин ясно показали, что в этом и состоит суть успешной операции. Их опыт свидетельствовал о том, что создать возможность для подобного было не так уж трудно - что русские были особенно склонны к совершению бесполезных и беспорядочных действий в случае столкновения с новыми и неожиданными для них обстоятельствами. И наоборот, они выразили уверенность в том, что солдаты "Запада" обладают врождённым превосходством в условиях быстрого изменения обстановки; что они более склонны проявлять личную инициативу; в большей степени способны отвечать на вызовы и справляться с неожиданностями.

Раз за разом, разными словами, они говорили о том, что целью немецкой "системы" было воспитание именно этих качеств в своих командирах, более того, в каждом отдельном солдате. Они были убеждены, что природный характер немецкого гражданина и традиции немецкой армии всячески способствовали этим усилиям.

Неудивительно, что это произвело столь сильное впечатление на многочисленных слушателей, собравшихся в последний день. Неизбежно возник вопрос, соответствуют ли американские генералы и американские солдаты тем высоким стандартам, на которые очевидно были рассчитаны рекомендации Балька/фон Меллентина по успешному противостоянию русским. Генерал Блэнчёрд, бывший командующий американской армией в Европе, командующий центральной группой армий НАТО, ответил на этот вопрос утвердительно. Он посчитал, что концепция Auftragstaktik заслуживает особого внимания в ходе военной подготовки в армии США. Он признал за нашими офицерами и сержантами гибкость и инициативность.

Ни одна армия пока не открыла секрет массового производства таких людей, как Бальк или фон Меллентин. Подобный талант открывают, не создают - хотя, конечно же, его развивают и направляют за счёт доктрины и обучения. В этом отношение немецкая система заслуживает самых высоких оценок. И, с этой точки зрения, подробная информация об этой системе и её философии, которую нам предоставили немецкие генералы, заслуживает самого пристального внимания и размышлений с нашей стороны".
Generals Balck and von Mellenthin on Tactics: Implications for NATO Military Doctrine (1980)
Истина рождается ересью, а умирает предрассудком — Георг Вильгельм Фридрих Гегель

Відповісти